“Немного теории и очень много практики”

Попав в Instagram Сергея Нарановича, можно подумать, что керамика его сделана где-нибудь, например, в Англии или Японии, где распространены обжиги в дровяных печах. Но Сергей живёт в Минске. Он окончил истфак, но никогда не работал по специальности. Придя однажды на курсы керамики, всерьёз загорелся гончарным делом. Мы поговорили с Сергеем о дровяных обжигах керамики, строительстве печи и приготовлении глазурей. 

— Сергей, как вы начали работать с глиной, получали ли специальное образование по профилю керамики? 

— Я считаю, что очень хорошо и даже желательно для керамиста иметь образование, но у каждого свой путь и мой начался на курсах по керамике в 2007 году. Всё было достаточно серьёзно: нам давали тему, мы работали над эскизом, была дипломная работа и итоговая выставка. На курсах я занимался около года и главное, что я вынес оттуда — это страсть к керамике и веру в себя, в то что керамика может стать моей профессией. 

Ваза

А ещё я очень хотел научиться гончарить. Программа курса не предусматривала серьёзного изучения техники работы на гончарном круге, да и 3-4 часа занятий в неделю — это очень мало.

Освоение гончарного круга было для меня самым сложным, это был переломный момент, после которого я уже не сомневался, что хочу и смогу профессионально заниматься керамикой. 

Мне повезло — вскоре после окончания курсов я устроился гончаром на производство. Это был небольшой керамический цех в частной фирме. Меня взяли учеником. Я был просто счастлив: тонны глины и свой гончарный круг — всё, что нужно начинающему керамисту. 

За полтора года работы я научился достаточно неплохо гончарить, кроме того, имел представление о том, как готовится глина на производстве, загружал печи, работал с шамотом. Но моей целью была своя мастерская, поэтому, когда я понял, что имею достаточный опыт, я уволился, купил электрическую печь, гончарный круг и стал работать на себя.

— Сейчас у вас не только электрическая, но дровяная печь. Вы сами её строили?

— О высокотемпературном дровяном обжиге я думал давно. Первую печь я построил вместе с братом позапрошлой осенью (в 2015 году — ред.). Перед этим были заготовлены необходимые материалы, я пытался найти информацию по печам, её оказалось немного. В основном ориентировался по фотографиям из интернета. 

Первый обжиг был успешным, удалось набрать 1280 градусов, правда пришлось попотеть — топили 16 часов. Тем не менее, прошлой весной я решил перестроить печь, чтобы увеличить топку и в целом немного изменить конструкцию. Перестраивал один, параллельно занимался другими делами, так что на всё ушло полтора месяца.

Вообще, это первое, что я строил из кирпича. В принципе новой печью я доволен. Уже сделал пять обжигов, появился небольшой опыт.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

— А где вы черпали знания о работе с глазурями для дровяного обжига и как начинали с ними работать? 

— Наверное, боги керамики ко мне благосклонны. Всё, что касается дровяного обжига и высокотемпературных глазурей, у меня получилось практически с первого раза, в том смысле, что для первого раза это был хороший результат.

А если серьёзно, то сейчас в интернете достаточно информации по технологии керамики, есть специальные книги. Я думаю, практически любую информацию можно найти, а если вы чего-то не находите, значит плохо ищете или это вам пока не нужно. 

Я редко спрашиваю что-то у других керамистов, мне как-то неловко. А по высокотемпературным дровяным обжигам у нас и спросить не у кого. Немного теории и очень много практики — так я работаю.

Пиалы

— Глазури вы готовите сами или где-то заказываете? 

— Сам я готовлю в основном только высокотемпературные глазури, это достаточно просто, если есть материалы. Например, мне очень нравится глазурь Шино. 

Очень просты зольные глазури. Самый простой рецепт — зола и глина один к одному. Это отправная точка, дальше можно менять соотношение этих компонентов, добавлять другие ингредиенты. К тому же зола разных растений отличается по составу, это тоже можно использовать. 

В России сейчас достаточно неплохо с материалами, можно купить практически всё. Иногда мне удаётся что-то привезти из Европы. В Беларуси с материалами для керамики сложнее чем в любой из соседних стран, поэтому приходится много путешествовать.

Практически каждый мой обжиг — пробный, в том смысле, что всегда в печке есть место для нескольких пробников с новыми глазурями. Это бесконечный процесс. Со временем в мастерской накапливаются коробки пробников, для меня это естественно — всё время что-то пробовать.

— А с какими глинами вы работаете? 

Я покупаю готовую глину. Часто смешиваю несколько видов глин, чтобы получить массу с необходимыми мне свойствами. Люблю работать с шамотом, для раку он незаменим.

— Как долго обычно Сергейдлятся обжиги в вашей дровяной печи? Насколько это вообще более сложный процесс по сравнению с обжигом в печи электрической?

С дровяными обжигами всё гораздо сложнее, чем с электрическими. Электрическую я загружаю за полчаса, а на то, чтобы загрузить мою, достаточно небольшую, с объёмом камеры около 1 кубометра, дровяную печь уходит целый день. 

На протяжении всего обжига, а это 12-15 часов, нужно находиться рядом с печью, а в конце желательно, чтобы был помощник. Заранее нужно заготовить достаточно сухих дров. После обжига керамику нужно шлифовать, нужно каждый раз очищать полки и стойки. 

В дровяной печи сложнее контролировать температуру — термопара в основном нужна для того, чтобы контролировать динамику, то, как быстро растёт температура и растёт ли она вообще. 

конусДля определения температуры в печи используются конусы. Я ставлю их в разных частях камеры, потому что разница температуры между самой холодной и самой горячей точкой может составлять 50 градусов. Сейчас, уже имея небольшой опыт, удаётся стабильно набирать чуть больше 1300 градусов, это заветный десятый конус. Многие интересные глазури рассчитаны именно на эту температуру, та же Шино, например.

В дровяном обжиге мне нравится то, что огонь, зола и атмосфера в печи оставляют свой след на керамике. Здесь обжиг — это не просто нагрев керамики до определённой температуры, а такой же творческий процесс, как создание формы или глазуровка.

— У вас естьРаку ещё и газовая печь для раку обжига. Её вы тоже делали сами? 

— Это очень простая печь. Бочка, внутри выложенная теплоизоляционным войлоком. Такую печь сделать несложно, главное, чтобы мощности газовой горелки было достаточно для нагрева. Я использую специальную горелку для раку.

— Расскажите о своей мастерской — где вы работаете?

Довольно долго я арендовал помещение под мастерскую в Минске, часто приходилось переезжать. Три года назад мы с женой купили свой дом и уехали в деревню. Здесь у меня появилась возможность заниматься раку, а позже — и дровяными обжигами, в городе это практически невозможно.

Сейчас я живу в своём доме, мастерская — здесь же. В одной из комнат стоит гончарный круг, столы и стеллажи — это основное место работы. Летом я часто работаю на улице. 

В отдельном помещении находится электрическая печь. В погребе у меня вместо варенья хранится глина и глазури. Во дворе — дровяная печь, там же я провожу обжиги раку. 

Конечно, жизнь в деревне имеет свои особенности, но когда ты в своём доме — ты свободен, не нужно каждый месяц платить аренду и периодически искать новое помещение.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

— Вы участвуете в симпозиумах керамического искусства? Есть ли у вас интерес к взаимодействию с другими керамистами и вообще — нужен ли он и для чего, как вы считаете? 

— В симпозиумах я никогда не участвовал. Наверное, мне комфортнее работать в своей мастерской, так я могу лучше сосредоточиться, такая работа мне кажется более продуктивной.

Хотя, конечно, хотелось бы поехать в Японию, посмотреть, как работают мастера, поучиться. Вообще, в керамике можно учиться всю жизнь. Наверное, для этого и нужны симпозиумы — чтобы расширять свой кругозор.

А что действительно нам сейчас нужно, на мой взгляд, так это мероприятия, на которых керамисты могли бы показать себя, где они могли бы встретиться с теми, кто интересуется керамикой. Не хватает именно специальных керамических мероприятий, например, как Oxford Ceramics Fair.

Не знаю, как в России, но в Беларуси ничего подобного нет. Я думаю, это действительно нужно всем керамистам, и это бы здорово продвинуло в целом культуру керамики.

Ваза 2— Принимаете ли вы учеников в своей мастерской? 

Когда у меня была мастерская в Минске, я два года вёл курсы по керамике, но делал это по необходимости — за работу мне давали помещение. Затем мы переехали в свой дом, и на этом моё преподавание закончилось. Несколько раз я проводил мастер-классы, но тоже перестал, потому что чувствовал себя “клоуном”. Может, когда-нибудь я возьму себе пару учеников, но пока я об этом не думаю. 

Сейчас все ведут курсы или проводят мастер-классы. Сегодня сам сходил на курсы, а завтра уже учишь других. За пару часов научат и лепить, и глазуровать. 

У людей создаётся ложное представление, что керамика — это легко, что “лепить горшки” может каждый, теряется ценность мастерства. Когда кто-то из друзей или знакомых говорит мне, что хочет заниматься керамикой, бросить работу и купить круг, я его отговариваю. Рассказываю, что это не так сладко и просто, как кажется со стороны, что это тяжёлый труд, что материалы и оборудование дорогие и т. д. Конечно, если человека всерьёз зацепило, то он меня не послушает, а если он думает, что быть керамистом — это “ловить дзен”, то быстро бросит эту затею. 

Не нужно всем заниматься керамикой, далеко не у каждого это получится. Мне кажется, что мы, керамисты, должны прививать людям больше уважения к нашей профессии, больше рассказывать о керамике, развивать культуру керамики в наших странах.

Вопросы задавала Ольга Богданова

Комментарии закрыты