“Я живу в керамическом раю”

Ольга Михалевская работает в Иркутске. Несколько лет назад она оставила работу дизайнера и верстальщика, чтобы делать керамику. Сейчас у неё своя мастерская VAZULI и целая команда единомышленников. Мы поговорили с Ольгой о том, каково это — бросить прежнюю работу и полностью посвятить себя гончарному делу. 

— Расскажи, как ты начала работать на гончарном круге? 

— В гончарную мастерскую меня три года назад привела подруга. Она ходила туда с детьми на лепку. На втором занятии я села за гончарный круг. Он был самодельный и плохо управляемый. Помню, что моя первая мало-мальски ровная тарелочка получилась примерно к пятому занятию.

11

Училась я в большей степени сама, накапливая опыт. Основные движения мне показал Николай Попов, гончар при студии, но потом я совершенно изменила технику, нынешнюю я считаю более удобной для себя и понятной для моих учеников.

— Сейчас гончарное дело — основное для тебя. А раньше ты чем занималась?

— По образованию я архитектор. После университета два года проработала дизайнером полиграфии. Потом почувствовала, что надо заниматься более серьёзным делом, и устроилась чертёжником в архитектурно-дизайнерскую студию. Но его я пыталась совмещать с ещё двумя работами – вёрсткой и гончаркой. У меня постепенно полетели все системы организма, и я отказалась от вёрстки.

Потом занятие керамикой принесло мне доход, равный моей зарплате на чертежах, и я задумалась о том, чтобы оставить основную работу.

avtor-foto-artyom-moiseev
Фото Артёма Моисеева

— Тяжело далось решение?

— Я долго думала и металась. Мне стали поступать заказы на керамику, а я элементарно не могла их воплотить без круга и печи. Когда нервы мои уже были полностью измотаны, я пригласила своего отца на ужин – обсудить мои стенания.

Он тогда не воспринимал моё увлечение всерьёз, не разрешал мне купить круг. Говорил: «Ты перегоришь, и круг будет стоять. Ты и так не очень аккуратная, а так вообще всё покроется глиной". Но увидев, как я измождена пытками выбора дальнейшего дела жизни, он сказал: «Покупай самый лучший гончарный круг. И уходи с работы. Пока твой отец работает как железный дровосек, ты можешь пробовать себя». И я ушла.

4
Фото Маши Марковой для Sneznosti

Деньги на мастерскую, материалы и оборудование я скопила сама, ведь я работала на трёх работах в течение двух лет. 

Мне бы хватило и на печь, если б моя мастерская не требовала ремонта. Печь мне купил отец.

— Расскажи, как ты открыла свою мастерскую, сложно ли это было?

— Я проработала в двух мастерских, прежде чем созрела до собственной. Однажды ко мне пришла девушка на мастер-класс и сказала: «Мы берём в аренду старый завод под мастерские, давай к нам!» Всё решилось за три дня. 

Опять же, главным было получить одобрение отца. И я его получила. 

5Сняв размеры помещения, я сделала планировку с расстановкой мебели, оборудования и розеток. Более полугода я сама ремонтировала помещение с группой товарищей, которые прошли «крещение ремонтом», и я им очень благодарна. Мы ободрали стены и потолки, докопались до кирпича, покрасили их, сделали новую проводку, сколотили стеллажи и стол. Мастерская получилась очень удобной и функциональной.

Я рыдала от счастья, когда крутила первые свои вазы на новом месте. А уж стать Повелителем Печи и не ждать обжига по два месяца – это просто вселенское счастье!

— Ты следишь за творчеством керамистов России и других стран? Чьи-то работы имеют для тебя особое значение?

— Отправной точкой в выборе моей стилистической принадлежности была статья про Эрика Лэндона из мастерской Tortus Copenhagen. Работы Эрика меня просто поразили своей сдержанностью и идеальностью. Он – моя бесконечная муза.

— Как ты считаешь, обязательно ли керамисту иметь высшее профильное образование, чувствуешь ли ты в нём потребность, желание пойти учиться?

7

— У меня на этот счёт своя теория. Я архитектор, при этом я даже не училась в художественной школе. В детстве мне не навязывали никаких техник рисования, я уже в зрелом возрасте (17 лет) начала рисовать в университете так, как я хочу, а не как мне сказали. Всё это подкрепилось чётким пониманием пропорций, архитектоники форм и умением мыслить «глобально». 

Я ни минуты не потрачу на действие, которое меня злит, или я чувствую, что это «украшательство». Пусть будут промахи, но это будут МОИ промахи, а не навязанные системой образования, после которой почему-то студенты приходят ко мне и берут мастер-классы...

9

— Прошло уже почти два года с тех пор, как у тебя появилась мастерская. Что изменилось в твоей работе за это время? 

— Сейчас у меня есть бренд VAZULI и три человека в команде, плюс два человека приходят по необходимости. У каждого — своя функция. Пока я работала одна, я медленно сходила с ума, потому что это работа без выходных с утра до вечера. У меня нарушался сон и падал иммунитет. 

Сейчас я живу в керамическом раю, где каждый занят своим делом, а я занимаюсь глобальными делами, которые действительно нельзя делегировать: глазуровка, изготовление моих авторских форм кружек и ваз. А главное – у меня есть силы передавать свои знания ученикам, которые приходят на мастер-классы.

2

Я обучаю своих ребят и очень люблю каждого. Вижу, как они счастливы в нашей уютной и стильной мастерской, как ревностно защищают наш бренд, как верят в мои и свои силы. Мы учимся друг у друга, прислушиваемся к идеям, советуемся, что-то доказываем, спорим, переубеждаем. Мы в постоянном творческом тонусе.

Теперь, когда у меня уже сформировался фирменный стиль, друзья открыто говорят, что гордятся мной и очень за меня рады! Что их восхищает то, что я делаю и скорость моего прогресса и развития. Я очень благодарна им и всем своим подписчикам в соцсетях, ведь их отзывы убеждают, что я на верном пути, и дают мне вдохновение и силы.

Комментарии закрыты